Не разделяя ёрничанья Хонжа, все таки выскажу полное несогласие с Вашими утверждениями.

Я уже писал, что нам нужно почаще смотреться в зеркало. Вот только думаю бесполезно всё это. Не может наше общество относится к себе критично. Не умеет учиться ни на своих, ни на чужих ошибках.

А насчет того, что мы в отличие от других - люди...
Так, что, мы единственные homo sapiens на этой планете?
Не думаю. Подлец и мерзавец бывает русским, американским или любым другим. То что человек дурак, не зависит от его национальности.
Да, американское общество глубоко больно.
Но и мы тоже превратились в стадо. И произошло это не сейчас, и не из-за Горби или большевиков, а гораздо раньше.

Вы пишите о величии страны и народа. В чем оно?
В костности и нежелании развиваться? В генетическом алкоголизме большинства населения? В московском снобизме и чванливости?

Я часто слышу о щедрости своего народа. А вижу совсем другое.
Русский щедрый на собственный выебон: прокутить в ресторане, пустить пыль в глаза дорогой машиной или квартирой. Кто внушил нам, что мы добрые и широкие? Я не вижу, что-бы богатые люди нашей страны, хотябы хотели, что-бы нищих было меньше.

Русский любит разглагольствовать о своих духовных качествах, широкой душе и святой Руси. Он высокомерно считает, что у американцев нет души, что он сух и скуп. И при этом будет с упоением расказывать друзьям о том, как обманул партнеров или развел кого-то на бабки.
Другие народы тоже творят гнусности, но помалкивают, какие есть, мол, молчим.

Русские давно не щедры, они давно не лучшие солдаты и спортсмены, и как преступники проявили себя в бесмысленных преступлениях. Многие иностранцы замечают, что русские "тяжелы", особенно когда пьяные. Они грузят окружающих своей болтливостью и тяжестью бездельной души.

Зачем я все это пишу так жестоко? Для того, что-бы хотя-бы кто нибудь понял в каком состоянии мы сейчас находимся. Похабные мессианские заклинания о нашей святости, беспорочности, жертвенности, особо тяжкой и особо великой судьбе следует прекратить. Замолчать. Нужно хотя-бы попытаться быть великими, а не болтать о мнимом величии.